5 причин почему ваш мозг выбирает недоступных партнеров

Почему вас снова и снова тянет к эмоционально недоступным партнёрам — холодным, избегающим, равнодушным? Почему вы вступаете в отношения на расстоянии или с женатыми? Почему спокойные отношения могут казаться вам скучными, а редкие проявления любви вызывают почти болезненную привязанность? Даже человек без детских травм и с надежным типом привязанности может выбрать недоступного партнера. Причины – в работе вашего мозга.  

Причина 1. Дофаминовая ловушка

Наш мозг — это орган, постоянно прогнозирующий будущее. За предвкушение удовольствия отвечает нейромедиатор дофамин — он прогнозирует, ожидает счастье.

В норме, когда мы получаем то, что ожидали, дофамин выделяется в умеренном количестве. Если партнер всегда доступен, предсказуем и надежен, ваш мозг быстро просчитывает этот паттерн. Для мозга тут нет загадки, а значит, уровень дофамина остается стабильным и не вызывает эйфории охотника — не вызывает азарта, предвкушения  победы.

Недоступный же партнер дает тепло и внимание непредсказуемо. Когда мозг не знает, получит ли он внимание, одобрение, а затем вдруг неожиданно получает его,  — происходит крайне высокий выброс дофамина. Мозг фиксирует: «Это сверхценный ресурс, его нужно добывать любой ценой, еще и еще!». И мы выбираем именно этот источник стимуляции — этого сложно-доступного человека. Так как с таким партнером мозг ошибочно прогнозирует огромную награду и в моменты редкого внимания, редкого тепла — мозг выделяет мощный всплеск дофамина, — он присваивает этому партнеру сверхценный статус.

Так происходит в следствии очередной эволюционной ошибки: в дикой природе труднодоступная пища или вода действительно были сверхценными для первобытных людей. Но в современной жизни эмоционально недоступный человек, как правило, — это просто манипулятор или же травмированная личность, а вовсе не «жизненно важный ресурс». Однако, как и в случае с угрозой, к примеру, когда ваш мозг не видит разницы между тигром и имейлом от работодателя с сообщением об увольнении, — выделяются одинаковые гормоны стресса. Аналогично и в ситуации с зависимостью, ваш мозг извергает дофамин, ошибочно интерпретируя недоступного партнера, как сверхценный ресурс.

К сожалению, именно по этой причине даже люди с надежным типом привязанности могут войти в зависимость от сильных дофаминовых всплесков. Однако, чем более благоприятными были условия вашего развития в детстве, и чем более устойчива генетически ваша нервная система — психика, тем лучше прогноз, и тем быстрее и легче вам будет осознать и выйти из этой зависимости самостоятельно. 

В случае, если ваш мозг получил в детстве нарушение привязанности, либо генетически у вас слабая психика, ситуация невероятно усложняется, и выход из зависимости без помощи психолога затруднителен.

Причина 2. Активация амигдалы: «Любовь = Тревога»

Миндалевидное тело – амигдала – отвечает, в том числе, за безопасность и эмоциональную память мозга. В ней хранятся условные «слепки» всех эмоциональных переживаний детства. Если в вашем детстве близость ассоциировалась с холодностью родителей или страхом отвержения, амигдала навсегда может связать эти концепты воедино: «Любовь = Напряжение/Тревога».

Иными словами, если ваш мозг в детстве недополучил корректного опыта понимания что любовь это: надежность, спокойствие, предсказуемость, уважение, искренность и т.д., когда вы встречаете эмоционально доступного человека с теплой надежной привязанностью, амигдала может молчать. Ведь нет привычного напряжения рядом с человеком. И ваш мозг может считывать это молчание как «отсутствие искры» или «скуку».

Но как только на горизонте появляется сложнодоступный партнер, амигдала в мозге с травматичным опытом привязанности — активируется. Вспыхивает привычный контур тревоги, который префронтальная кора (рациональная часть) ошибочно интерпретирует как «бабочки в животе» и «роковую любовь» или «любовь с первого взгляда».

Причина 3. Мощные сверхбыстрые нейронные «дороги»

Мозг невероятно экономен, даже ленив. Он всегда идет по пути наименьшего сопротивления, используя уже сформированные, самые прочные нейронные связи (синаптические цепочки) – ссылка. Связи, сформированные в детстве, являются самыми мощными, так как они повторились миллиарды раз и были окрашены крайне эмоционально. Они сформировали систему нейронных связей вашего мозга.

Если человек годами или десятилетиями (начиная с родительской семьи) тренировал нейронные сети, отвечающие за страдание, заслуживание любви, тревогу ожидания и гипербдительность, эти сети стали похожи на скоростные автомагистрали. Они действуют молниеносно, автоматически: ваша мысль, эмоция, поведение – все это на уровне бессознательного.

Представьте, условно, перед собой карту дорог, и навигатор автоматически принимает решение двигаться по самым широким заезженным и быстрым магистралям. И вы едете по автобану с высокой скоростью? Другие дороги на этой карте выглядят более тонкими, слабыми, их навигатор не выбирает. Они выглядят сомнительно – вы никогда не ездили по ним. О многих дорогах вы можете даже не догадываться.

И вот вы решаете построить новые, на этот раз, здоровые отношения — с эмоционально доступным партнером с надежным типом привязанности. К огромному сожалению, ваш мозг не может этого сделать, пока не выстроит новые нейронные пути.

Именно здесь включается

ПРИНЦИП НЕЙРОПЛАСТИЧНОСТИ МОЗГА:

Мозг способен создавать новые связи всю нашу жизнь. Это серьезная работа, на которую, порой, уходят годы. Представьте вновь навигатор, который автоматически всякий раз выстраивает вам путь по удобным, заезженным дорогам, а вы всякий раз усилием воли вручную должны перенастроить его: осознанно вносите изменения в ваш маршрут, выбирая новые, в большинстве случаев, совершенно незнакомые вам дороги, которые могут вам казаться скучными, сложными или, напротив, слишком простыми и банальными. Эти новые пути не несут в себе сверхценного дофамина для вашего мозга. Однако, используя данную метафору, эти же тропинки не принесут вам разрушительной боли или катастрофы в результате смертельной аварии. А по новой дорожке — «тише едешь — дальше будешь». Безопасность, спокойствие, предсказуемость, жизнь. И это достойная цена.  

Человеческий мозг часто сравнивают с компьютером. По этой аналогии, он программируется в детстве: вшиваются программы отношений и взрослея, человек просто обновляет их, вступая в новые отношения, раз за разом выбирая проблемного партнера, подтверждая свой тревожный или избегающий тип привязанности. Бессознательно мозг всегда будет выбирать старый, знакомый, «заезженный» путь нейронной сети. И мозгу всегда будет намного сложнее выбрать здоровые отношения – так как там нужна осознанность, а это тяжелая когнитивная нагрузка. Это ежедневный самоанализ своих эмоций, желаний, выборов. 

Еще одна хорошая новость о нейропластичности мозга: со временем, если вы продолжаете вручную «перенастраивать свой внутренний навигатор», старая «опасная дорога», по которой вы больше не ездите, постепенно зарастает. Процесс называется синаптическим прунингом — мозг избавляется от неиспользуемых связей.

А новая безопасная тропинка постепенно расширяется, покрывается асфальтом и становится новым скоростным автобаном. То, что раньше требовало невероятных усилий, становится естественным образом жизни: выбирать любящего вас, теплого, надежного, преданного человека каждый день. И это касается не только романтических отношений, но и дружбы – выбора друзей, отношений с родственниками, коллегами и т.д. «Перепрошить мозг» — «перерисовать карту дорог». Это действительно долгая и кропотливая работа, которая требует терпения. Однако безопасность, стабильность и спокойная счастливая жизнь — более чем достойная награда за отказ от дофаминового дурмана.

Причина 4. Ловушка ложного разгадывания.

У людей с тревожным и тревожно-избегающим типами привязанности нередко гипертрофирована работа системы зеркальных нейронов в ответ на микросигналы угрозы. Вы сканируете выражение лица, интонацию и жесты недоступного партнера, пытаясь предугадать его настроение. Так было в детстве с непредсказуемой мамой или папой. Вырастая, мозг продолжает напряженно считывать эмоции партнера автоматически.

Этот процесс «чтения мыслей» и попыток подстроиться под партнера довольно сильно перегружает рабочую память и держит мозг в высоком когнитивном тонусе. Таким образом, происходит постоянная ментальная вовлеченность и фиксация на партнере или потенциальном партнере. Это напряжение — повышенную вовлеченность и фиксацию мозг спутывает с сильным романтическим чувством. Ему кажется: «Если я так много думаю об этом человеке и так пытаюсь его понять, значит, он точно Тот Самый».

Причина 5. Попытка мозга «переписать сценарий»

Быть может вы слышали или догадывались о бессознательном желании психики переписать прошлые травмы. Тут нужно еще раз упомянуть амигдалу, которая в вашем детстве записала травматические воспоминания, связанные с вашими отношениями с мамой или папой, не в виде каких-то логических воспоминаний, слов, — это было бы слишком просто. В большинстве случаев, эти воспоминания записаны в форме сенсорных, химических отпечатков в нейронной сети: тревога в теле, скачки адреналина, кортизола, боль ощущения брошенности, страх. И когда во взрослом возрасте человек встречает недоступного партнера и испытывает похожие ощущения в таких отношениях, мозг ошибочно признает это безопасным: «Это знакомо. Это безопасно, потому что это предсказуемо. Я в этом уже был, выжил, значит все ОК». Происходит когнитивный сбой: мозг путает «знакомое» с «безопасным».

Ребенок с холодным родителем в детстве мог быть «подсажен» на химический допинг адреналина и дофаминовой петли (Причина 1 — выше). Психика находилась в постоянном стрессе: многочисленные выбросы кортизола и адреналина сменялись редкими моментами материнского или отцовского тепла, и детский мозг получал дефицитный выброс дофамина.

Мозг ребенка привык функционировать в режиме этой экстремальной биохимической «качели». Во взрослом возрасте стабильные отношения не дают такого гормонального коктейля. Человек бессознательно выбирает недоступного партнера, чтобы запустить привычный биохимический цикл: тревога — попытка заслужить любовь — редкая крупица одобрения (дофаминовый всплеск) — вновь холод.

К сожалению, к травматической памяти нет метки времени. Если обычные воспоминания обрабатываются гиппокампом и могут исчезнуть, то травматичные воспоминания словно «капсулируются» в мозге, оставаясь там навсегда. Это не значит, что человек помнит такие события. В попытке защитить ребенка, психика может заблокировать эти воспоминания, но не стирает их. Воспоминания, окрашенные сильными эмоциями, блокируют работу гиппокампа. Память об отвержении остается жить в лимбической системе, как неосознанный, однако актуальный, незакрытый процесс. И для взрослого мозга детская травма может активизироваться под действием подходящего триггера — подходящего партнера, с соответствующим отношением к вам: пренебрегающим, отвергающим, бросающим. Попытка «переписать» сценарий — это механическое стремление лимбической системы завершить прерванное действие, вернуть контроль над ситуацией и, наконец, перевести мозг в состояние покоя.

И человек может стремиться к реваншу всю свою жизнь: «Тогда, в детстве, я была маленькой и не смогла растопить лед мамы или папы. Но теперь я выросла, я стану идеальной, и этот недоступный человек наконец-то меня полюбит». Это попытка исцелить старую рану через новые отношения. Однако, мы уже знаем, что такой мозг реагирует ярко именно на недоступного партнера, а значит финал каждой такой истории предрешен. Человек снова и снова оказывается отвергнутым. И всякий раз в вашем мозге происходит ретравматизация: электрический импульс с огромной скоростью проносится по старой, детской нейронной «дорожке»: «Я плохой, меня нельзя любить, а мир холодный». Выброс гормонов стресса в этот момент работает как «цемент» — он делает эту деструктивную связь еще прочнее.

Таким образом, понимая работу мозга, гораздо легче понять и известную теорию привязанности Джона Боулби, гласящую: выбор партнера с ненадежным дисфункциональным типом привязанности — это не случайность, а глубоко укоренившийся, автоматический поиск знакомого сценария.

Автор — Ольга Ахметова, психолог